Космос - «мир, вселенная и мироздание» (др. греческий), первоначальное значение - «порядок, гармония, красота».
Впервые термин Космос для обозначения Вселенной был применён Пифагором...









Интересные сайты:




Феномен человека на фоне универсальной эволюции

Глава VI Космическая эволюция

Принцип экономии сущностей за работой

6.12. Принцип экономии сущностей за работой

Космология XX в. нашпигована странными идеями, которые не прижились бы ни в какой другой естественной дисциплине. Мы говорили о них на протяжении всей главы, а сейчас перечислим:

1. Возможен «бесконечный» космический вакуум, плотность которого пропорциональна «бесконечной» космологической постоянной (относящейся ко всей бесконечной Вселенной) в уравнениях гравитации Эйнштейна и который, компенсируя создаваемым им отрицательным давлением притяжение тяготения, обеспечивает Вселенной гравитационную устойчивость.

2. В начале предполагаемого инфляционной теорией «квантового рождения» Вселенной находилось вакуумоподобное состояние физической среды («ложный вакуум»), обладающее гигантской плотностью энергии.

3. Вселенная может быть замкнутой и конечной в пространстве.

4. Закон сохранения энергии не запрещает рождения (из вакуумоподобного состояния физической среды) во Вселенной массы, компенсируемого связанной с рождающейся массой отрицательной гравитационной энергией; Вселенная может быть при этом как замкнутой, так и незамкнутой.

5. Если Вселенная замкнута, то относительно внешнего наблюдателя ее масса может быть равна очень малой величине, скажем, массе электрона; аналогичное утверждение справедливо и в отношении замкнутых космических систем масштаба нашей Метагалактики; то и другое определяется тем, что положительная энергия массы может быть «нейтрализована» ее отрицательной гравитационной энергией; возможно размещение макромиров (вселенных и метагалактик) в элементарных частицах и иерархическая вложенность таких «миров» друг в друга.

6. Существуют дополнительные пространственные и временные измерения, которые делают возможными многомерную Супервселенную и нахождение вселенных (макромиров) в разных измерениях; вариант: множество вселенных, конечных и бесконечных, размещается в «искривленном» пространстве Супервселенной.

7. Грядет гибель Вселенной в результате рассеяния тепла.

8. Грядет гибель Вселенной в результате гравитационной концентрации вещества (коллапсирует вся Вселенная либо в бесконечной Вселенной все сгинет в черных дырах).

9. Мировые константы могут изменяться во времени и/или от одной вселенной (метагалактики) к другой.

10. Возможны сверхсветовые скорости, в частности, со сверхсветовой скоростью происходило инфляционное «раздувание» Вселенной.

Разные космологи придерживаются, вообще говоря, разных гипотез, но все равно их перечень впечатляет, как будто вы читаете журнал «Аномальные явления».

Проведенное в главе рассмотрение показывает, что все эти гипотезы необязательны и что без них на основе известных наблюдательных данных может быть построена гораздо более простая и правдоподобная космологическая картина мира, возвращающая нас к безграничной и бесконечной Вселенной. Основная авторская гипотеза, заменяющая все перечисленные, — это гипотеза о фрактальности Вселенной, обладающей нулевой «бесконечной» плотностью (плотность любого фрагмента Вселенной с мысленным устремлением его объема к бесконечности стремится к нулю). Эта гипотеза более чем правдоподобна, если принять во внимание, что плотность фрактала, измеренная в единицах топологической размерности, по определению равна нулю и что плотность космических систем стремительно убывает с их размерами.

Создание в начале XX в. теории относительности и квантовой механики, взломавшее многие догмы науки, разбудило воображение космологов, которые, не стесненные необходимостью сверять свои предположения с реальностью (за пределами горизонта видимости Вселенная ненаблюдаема), принялись выдвигать самые фантастические гипотезы.

Однако перенасыщенность космологии спекулятивными идеями, от которых мы здесь постарались освободиться, объясняется, мне кажется, не только ее слабой наблюдательной базой, но еще и детским желанием человечества путешествовать по Вселенной «налегке». Космологи подкладывают «научную» базу под придумки фантастов, которые любят писать про трансзвездные и трансгалактические прыжки с использованием иных измерений и «складок» пространства.

Наука вообще, мне кажется, переживала в XX в. подростковый период. Но пришла пора взросления. Как это обычно и бывает, реальность оказывается более скучной и жесткой, чем подростковые фантазии. Людям, полагаю я, если они не угробят себя на Земле (см. гл. 8), непременно доведется перемещаться по Космосу, однако эти перемещения будут происходить в обычном трехмерном пространстве, без превышения скорости света и прыжков по пространственным измерениям и «складкам».

Главное достижение космологии XX в., на мой взгляд, это вовсе не красное смещение и реликтовое излучение, как бы красивы и важны ни были эти открытия. И даже не открытие космического ускорения. В конце концов, нет ничего особенного во «взрыве» и последующем расширении одной из сонма метагалактик. Весь XX в. космология, не замечая того, шла к открытию фрактальности Вселенной с нулевой плотностью.

Впрочем, все сказанное здесь о выдвинутых космологией «фантастических» гипотезах не означает, что автор относится к ним абсолютно отрицательно, а к своей «простой» космологической картине мира — абсолютно положительно. Сам по себе принцип экономии сущностей, разумеется, недостаточен, опираться на него можно лишь вынужденно, когда скудна наблюдательная база. История науки знает примеры того, как соотнесение с реальностью рушит теорию, выигрышную с точки зрения этого принципа. Скажем, долгая жизнь теории естественного отбора, не выдерживающей сегодня столкновения с реальностью (см. разд. 4.7.2 и 5.3-5.5), объясняется, на мой взгляд, именно тем, что она была устроена более «научно», чем альтернативная концепция автогенеза (см. разд. 5.6). Вполне может статься, что в будущем будет установлена справедливость некоторых космологических гипотез, ныне представляющихся фантастическими. Вот только не зная истины наперед, ученый, в отличие от писателя-фантаста, должен двигаться от менее сильных гипотез к более сильным, но не наоборот.





Назад     Содержание     Далее















Друзья сайта: