Дружба народов

Второй рассказ фантастической трилогии: Отец народов — Дружба народов — Судьба народов 
Две Конкордии
Коста Конкордия совершила посадку на … Конкордию. Но никакой тавтологии в этой фразе нет. Конкордией (Спокойной) называлась крайняя планета одной обитаемой звёздной системы. А Коста Конкордией, как известно, её первый межзвёздный космический корабль.
Обитаемая планета Гея оказалась первой в истории, которая отправила своего посланца на другую планету в иную звёздную систему. А именно, на планету Земля в систему со звездой по имени Солнце.
Сейчас геяне с нетерпением ждали возвращения посланца. Затаив дыхание, раскрыв объятия, но выдерживая дистанцию. Межзвёздный космический корабль был посажен на самую крайнюю планету. В самую тихую заводь. На Конкордии не было ни атмосферы, ни вулканов. Кратеров, и тех, как кот наплакал — раз, два, и обчёлся. Ровненький такой серый шарик. Вдобавок… Вернее, в убыток — у планеты не было спутников. В общем, своё скромное название Конкордия честно заслужила и до сих пор оправдывала. Несла с почётом. И неслась по эллиптической орбите вокруг центрального светила с уникальным эксцентриситетом, равным единице. Иными словами, по идеальной круговой траектории.
Звездолёт — другое дело. На заключительном этапе своей миссии он двигался по принципу: тише едешь — дальше будешь. От почти световой скорости, которой обладал космический корабль посередине пути, остались считанные километры в секунду. Но и их надо было погасить перед посадкой. Звездолёт развернулся и выплюнул пару вакуумных пузырей в противоположном направлении. Вакуумный планктон плюхнулся на планету, оставил на ней парочку смачных засосов. А как ещё назвать кратеры наоборот? В общем, между этими морщинами плавно опустилась утомлённая долгим перелётом "Коста Конкордия".
 
Разморозка
  • Приказание выполнено, — отрапортовал Птурс капитану звездолёта.
  • Какое? — Человеческое сознание ещё не совсем пришло в себя после долгого криогенного сна. Хотя это было уже его второе возвращение в лоно своего обладателя и опыт имелся.
  • Разбудить вас на подлёте к родной гелиоцентрической системе, — по всей форме отвечал робот.
  • Ну?
  • Вот, подлетаем. Ну и разбудил. Кстати, ещё третьего дня.
  • И чё?
  • Вчера вы изволили ругаться. Сегодня уже связно глаголите.
Жорес повернул голову к иллюминатору. Родимая звезда виднелась крошечной светящейся точкой.
  • Ты спятил? Гелиос — красный гигант. Где я?
  • Гелиос далеко. Нас в систему не пускают.
  • Как так? Почему?
  • Экологические нормы ужесточились. Не хотят засорять внутреннее пространство отработанным вакуумным планктоном.
  • Сволочи…
  • Как скажете, капитан.
  • И что теперь?
  • Пересадка.
  • Чего, чего?
Жорес приподнялся на трёх локтях и бросил взгляд в иллюминатор. Теперь он воочию увидел, что космический корабль стоит на твёрдой поверхности.
  • С Геи выслан почётный эскорт, — продолжал своё объяснение терпеливый робот. — Уже завтра он прибудет сюда.
  • Поподробнее, плиз.
  • Не плиз, а Птурс.
  • Дурак ты, Птурс.
  • Теперь правильно. Итак, летят два аппарата. Скоростной президентский челнок — специально за вами. За кораблём же выслан межпланетный буксир.
  • Ну тогда О'кей.
  • Ещё один момент, капитан. Формально, нужен ваш приказ на передачу собранной информации центру управления.
  • Сливай.
  • А может вы предварительно с ней ознакомитесь?
  • Какого …?
  • Простите, не понял.
  • Зачем, тобто?
  • Загвоздка одна есть. Даже две.
  • Не сейчас. Лучше помоги мне из саркофага выбраться.
  • Встать на ноги не получится, сразу ведь грохнитесь, капитан.
  • А ежели напялить на себя экзоскелет? В нём не долбанусь ведь, а?
  • Сами-то не упадёте, но экспонаты в лаборатории повредить можете. Она ведь под завязку забита образцами с Земли. Ценнейшими и уникальными.
  • Не поврежу, — заверил Жорес.
  • Нет гарантии, а рисковать никак нельзя…
После наносекундного раздумья Птурс подобрал подходящую метафору:
  • Ведь будете, как слон в посудной лавке.
  • Я постараюсь.
  • Но координация движений у вас ещё хромает. Допустим, к вечеру восстановится до 75-80%.
  • Ну и хорошо.
  • Что ж хорошего, когда по межзвёздному кораблю шатается алкоголик средней степени опьянения?
  • Чёрт с тобой, зануда, ещё часок-другой полежу.
  • Вот и славненько, капитан!
  • Да, тут вопрос образовался по ходу дела. Чей это президент за мной свой членовоз послал?
  • Общепланетарный.
  • Не понял.
  • На Гее за время вашего отсутствия произошло немало крупных событий. Сегодня прислали дайджест, в нём вся новейшая история. Я распечатал и на стол положил.
 
Горе от ума
Отправив Жореса к чёрту на кулички, геяне не сидели сложа руки. Тем более, что их у каждого было четыре. И они чесались. В свою очередь, руки чесали затылки, высекая из голов искры идей и перлы мыслей. Они-то и подвигли геян на новые свершения. Хотя чесотка была следствием банальной скуки…
Скука нагрянула в результате глобальных политических потрясений, приведших к установлению прочного мира на всей Гее. Дело в том, что широкое и плодотворное международное сотрудничество в рамках проекта межзвёздной экспедиции наглядно продемонстрировало всем и каждому, что объединять усилия полезно и взаимовыгодно. А крупные авторитетные учёные, неожиданно потеснившие профессиональных политиков у кормила власти, в конце концов убедили население планеты в необходимости Мирового Правительства. Идея, которую уже давно выдвигали местные Эйнштейн и Сахаров.
Всё оказалось не так уж и сложно. Границы государств признали нерушимыми, а войны преступными. Воинствующих типов, буйно помешанных психопатов, всякого рода проходимцев, не говоря уже об уголовной шпане — всю эту плесень одним махом вышвырнули из власти. Авантюристам и идеалистам запретили встревать в политику. За дезинформацию и шпионаж стали судить.
Экономическое процветание не заставило себя ждать, а вместе с ним рассосался бытовой криминал. Исчезли дурные новости, а посему большинство информационных агентств закрылись за ненадобностью. Вот так на Гею спустилась вселенская скука.
 
Чёрная дыра
Не замедлила проявиться и оборотная сторона медали: бравые эмоции ненависти к "чужим" и мощные чувства солидарности к "своим" простаивали без работы. Но внутренняя энергия рода людского лихорадочно искала выходы наружу и точки приложения сил. Выпускать пар без войн и катаклизмов оказалось нелёгкой задачей. По сути, неразрешимой. Неудовлетворённость жизнью и депрессии стали всеобщими, а самоубийства — массовыми.
Под давлением масс из тела гуманной цивилизации всё же пришлось вычленить один остров. Он предназначался для отдельных элементов, несколько процентов которых нарождалось в каждом новом поколении. На нём любители острых ощущений (и колюще-режущих предметов) со всего света могли сражаться себе на здоровье сколько душе угодно. Точнее, биться на убой и совершенно безнаказанно уничтожать себе подобных. Так образовалось единственное место на планете, к которому выстроилась живая очередь.
Остров-мясорубку нарекли Чёрный Сингуляр. Оттуда ведь никто не возвращался. Только благодаря этой чёрной дыре мир и процветание всей объединённой цивилизации обрело требуемую прочность и устойчивость. Долгожданное социальное чудо свершилось!
 
Дилемма
За все годы полёта никакой связи с "Коста Конкордией" не поддерживалось. Просто не было никакого смысла таскать с собой гигантскую антенну, чтобы обмениваться с ЦУПом отстающей и всё более и более запаздывающей информацией. А потому неактуальной и никому собственно не нужной. На всех этапах полёта межзвёздный корабль был полностью автономен.
Радиосвязь была установлена только на подлёте, да и то, односторонняя. Птурс получил с Геи пакет инструкций, не предусмотренных заложенной в него программой. В таком случае требовалось как минимум устное подтверждение капитана. Робот и так практически на свой страх и риск совершил посадку на крайнюю планету, приняв вчерашнее невнятное мычание размораживающегося Жореса за полноценное "да".
Другой инструкцией предписывалось сразу после её получения переслать корабельный бортжурнал прямо в ЦУП. Однако, поступить таким же макаром с содержимым чёрных ящиков звездолёта Птурс не хотел. Мог, но не хотел. Ему во чтобы то ни стало нужно было переговорить с капитаном.
Во-первых, чтобы поставить того в известность о двух досадных ошибках. Точнее, об одном инциденте и одном проколе.
Во-вторых, чтобы успеть принять необходимые меры по минимизации ущерба. Пока не поздно. Каких-то два внешне незначительных события, из-за которых всю экспедицию могли признать чудовищным провалом.
Птурс действительно не знал, как поступить. Передав всю информацию в центр целиком, он мог ненароком крупно подставить Жореса. Пренеприятнейшее состояние. Дилемма даже для бездушного компьютеризированного устройства.
Птурс, разумеется, был роботом. Но не дураком. И тем более, не последней сволочью. От колебаний в контурах поднялось напряжение. Голова начала перегреваться. В кабине запахло жаренным от палённой резины. В запасе оставалось менее двадцати четырёх часов, чтобы добиться от капитана внятных указаний. Потому что после прибытия эскорта у Птурса уже не будет контроля ни над кораблём, ни над его базой данных. Робот шатался из стороны в сторону, беспрерывно повторяя про себя, как заклинание:
  • Только бы капитан вовремя пришёл в себя.
  • Только бы капитан вовремя пришёл в себя…
В общем, робот зациклился.
 
Братья по разуму
Казалось бы, экспедиция "Коста Конкордии" должна была непрерывно давать геянам пищу для ума и эмоций. Но никакой ведь связи с кораблём не поддерживалось. А значит, от всего грандиозного проекта — никакого практического толку. Во всяком случае, для любознательных квадроруких жителей Геи. Полное отсутствие информации до возвращения экспедиции. Сущее наказание!
Чтобы развеять скуку и мрак, исследования и разработки продолжались на всех фронтах. Периодически происходили прорывы и открытия. Не прошло и пятилетки со времени старта "Коста Конкордии", как с Геи отправились ещё два новейших межпланетных корабля — "Икар" и "Дедал". Не наобум, а по направлению к двум свеже-обнаруженным внеземным цивилизациям. Их назвали Помпея и Пандора. Таким образом, давняя мечта о контакте с равноценным инопланетным разумом была близка к осуществлению!
Корабли, построенные по последнему слову науки и техники, на три с половиной головы были совершеннее "Коста Конкордии". Впрочем, никто голов толком не считал, но так было официально провозглашено. Нормально так для красного словца. Тем более, перед общепланетарными всеобщими выборами.
 
Спутанная связь
Самое важное отличие от первой экспедиции — наличие на борту быстрой беспроводной связи. Такой, которая распространяется в миллионы раз быстрее скорости света. Она позволяет обмениваться информацией и передавать команды ЦУПа практически мгновенно, в какой бы точке траектории звездолёты не находились. Эта технология стала возможной тогда, когда учёные укротили так называемую "квантовую спутанность" и поставили её на службу людям.
В принципе, в пути ничего особо интересного не происходит. Да и биогенный экипаж в лице капитана корабля спит глубоким криогенным сном. Зато по прибытии на планету назначения всё разом окупится и оправдается — прямой репортаж с неё на Гею обеспечен! Как и оперативная помощь геян в принятии решений на борту. Как говорится: одна голова — хорошо, а миллиард — лучше!
Более того, инопланетные цивилизации сами и были-то обнаружены лишь благодаря ошмёткам спутанных квантов, излучаемых ими в космос. Заодно выяснилось, почему долгие бесплодные поиски модулированных радиоволн в принципе не могли дать никаких результатов — продвинутые цивилизации радиосвязью не пользовались.
 
Странности спутанности
Кое-какие из спутанных излучений, шедших с Помпеи и Пандоры в направлении на Гею, удалось перехватить. Правда, расшифровать их никак не получалось. Но геяне были терпеливы. Зло брало за другое…
Спутанность прекрасно работала и далёким братьям по разуму с Геи были посланы открытые и никак ни зашифрованные послания. В них — вежливые и уважительные приглашения к общению и дружбе. Но тут появилась непредвиденная странность. Те как в рот воды набрали. Ноль на массу. В общем, никакой реакции. Более того, спутанные кванты как ветром сдуло. Инопланетные цивилизации как-будто замаскировались. Залегли на вселенское дно. Вроде бы их никогда и не было.
Но геян на мякине не проведёшь! Сигналы ведь регистрировались, фиксировались, документировались. Они однозначно свидетельствовали о наличии высокоразвитых цивилизаций в соседних (по вселенским масштабам, разумеется) звёздных системах одной отдельно взятой спиральной галактики Млечный Путь. Так что если гора не идёт к Магомету, то… То "Икар" и "Дедал" сами полетят к ней на всех парах. Вернее, на всех своих вакуумных пузырях.
 
Относительность
Поздней ночью Птурс всё же ухитрился доложить более-менее пришедшему в себя Жоресу стратегическую обстановку. А она была, мягко говоря, тревожной. Пропажа одного из двух штырей-регистраторов в общем-то не была катастрофой, так как никакой особо ценной информации он не нёс. Без телеметрии о работе бортовых систем на пути "туда" можно было прекрасно обойтись и не считать инцидент крупной оплошностью. Но бортовой компьютер давал иную оценку. Прежде всего потому, что не было предпринято никаких мер по отысканию и возвращению "чёрного ящика" космического корабля. Инструкции требовали принятия "решительных мер". То, что пропажа не была обнаружена командой корабля до отлёта с Земли, компьютер не волновало.
  • Вообще никаких мер принято не было, — формальная компьютерная формулировка звучала предвестником обвинительной оценки.
Положение Жореса в этом деле пытался облегчить Птурс, вызвавшийся частично взять вину за потерю регистратора на себя. А остаток разделить с физиками-теоретиками. Это ведь они не предвидели одно существенное явление и не предусмотрели его последствий. Как водится, подвела теория. Из неё следовала практическая невозможность синхронизации времён между цивилизациями. Дело в том, что темпы хода биологического времени на Гее и Земле сильно различаются. То, что у землянина занимает секунду, у геянина Жореса требует полчаса. Земляне аж на три порядка шустрее. Точнее, в две тысячи раз. Вот почему и у Жореса, и у Птурса кружились головы, наблюдая за тем, с какой дикой скоростью носятся земные твари. Куда там мухам до них! С точки зрения геян земляне снуют похлеще, чем пули. Их в движении не видно вовсе. Вот почему Еве удалось незаметно выдернуть штырь-регистратор и безнаказанно ускользнуть. И вот почему землянам инопланетные пришельцы представлялись аморфными вялотекущими каменными истуканами. Что и запечатлели африканские беглецы-беженцы, перебравшиеся вскорости на остров Пасхи.
Птурс, разумеется, имел некий запас резвости по сравнению с биогенным капитаном. Но и все вместе взятые технические резервы не позволяли ему тягаться с землянами. О согласовании времён речи не могло быть и в помине.
По земным меркам охота робота за Евой продолжалась почти год. Ей просто не повезло — спящими все становятся видимыми. Поэтому, в один прекрасный день. Вернее, в одну злосчастную ночь… блуждающие по сторонам окуляры Птурса случайно напоролись на неё.
 
Чернобыль
А вот сбой в работе генетического модификатора действительно привёл к катастрофическим результатам. Но об этом тогда ещё никто не знал. Зато с формальной точки зрения всё было ясно. А именно, что допущено нарушение нескольких положений базовых инструкций, написанных крупным шрифтом. Каждое нарушение в отдельности было мелким и не критическим, но их непредвиденная последовательность в своей совокупности произвела генетический Чернобыль. И это был не просто полный и безоговорочный провал, а намного хуже. Жорес по сути произвёл запуск механизма самоликвидации жизни на Земле. Потому как без появления человека она могла продолжать существовать ещё сотни миллионов лет! До самой гибели Солнца.
Особо досадным обстоятельством являлось то, что всё можно было вовремя исправить. Поэтому беспечности и спешки капитана "Коста Конкордии" оправдания не было.
 
Заговор
  • Если удалить из бортжурнала пункт об ошибке программного сегмента, ответственного за нивелирование отрицательных инстинктов, то оценка миссии в целом станет положительной, — растолковывал капитану Птурс.
Жорес сидел, обхватив голову руками. Так и раскачивался из стороны в сторону, ежесекундно грозя свалиться на пол.
  • Чтобы скрыть следы удаления, требуется привести в негодность записывающее устройство, — продолжал Птурс.
Он дотошно перечислял варианты спасения. От локального пожара до точечного проникающего попадания метеорита. Правда, траектория метеорита при этом должна была быть ломанной. Но прецедент подобного рода в истории уже был. Хотя и не с метеоритом, а с пулей. Пулей, поразившей президента Кеннеди. Так что шанс замести следы с концами таки имелся.
(Для бдительных и компетентных товарищей на всякий случай уточним, что роботы никогда к провокациям не привлекались. Поэтому Жорес не опасался подставы).
 
Пропажа Икара
Даже трудно представить себе, с каким нетерпением ждали на Гее прибытия "Коста Конкордии". Все эти долгих двадцать лет. И вот этот исторический момент приблизился на расстояние вытянутой руки. Если таковой считать расстояние от Геи до последней планеты. Не с меньшим интересом ждали геяне и прямых передач по спутанной связи о первых разумных межцивилизационных контактах.
Но так уж сложилось, что моменты прибытия "Икара" и "Дедала" к планетам своего назначения почти вплотную совпали по времени с возвращением первой межзвёздной экспедиции домой. И это весьма прискорбно. Каждое из таких исторических событий ведь можно и нужно мусолить и пережёвывать годами, а тут тебе всё сразу. До ужаса обидно, досадно… Ну, ладно.
Первым дал знать о себе "Икар". Вернее, наоборот. В окрестностях Помпеи сигнал с его борта неожиданно пропал. Намертво, без всякого намёка и предупреждения. За считанные минуты до подачи команды на размораживание капитана корабля.
Гею охватило всеобщее волнение. День, другой, третий. Никаких известий. Никто ничего не мог понять. Выдвигались предположения одно страшнее другого. Люди ходили понурыми и смурными.
 
Сила заднего ума
Жорес не перебивал верного робота. Со стороны было непонятно, слушал он его или нет. Судя по отрешенному выражению лица, советы компьютеризированного устройства он пропускал мимо ушей, даже не вникая.
Наконец, Птурс закончил. С совершенно несчастным видом Жорес заторможено и бессвязно пробормотал одно за другим пять слов:
  • Спасибо… Друг… Нет, не стоит.
Знаки препинания после каждого слова роботу пришлось додумывать самому. А между тем Жорес не колебался ни секунды. Под монотонное журчание синтезатора речи он внутренне сжимался и готовился к предстоящему позору. Он клял себя за проявленное легкомыслие, за никому не нужную спешку, за тупое головотяпство, за ничем не оправданную самоуверенность, за элементарную халатность. Он даже не помышлял скрыть хотя бы бит информации, не говоря уже о фальсификации или уничтожении данных. Да ещё со взломом корабля. Шок от обрушившихся разом всех бед ещё более усилился, потому что преступные замашки Птурса были для Жореса не меньшей неожиданностью, чем собственная халатность. Но чтобы робот проявлял инициативу в заговоре — такого человек уж никак не ожидал…
  • Двадцать лет корове под хвост. Неужели всё насмарку? Из-за чего? — Жорес смог взглянуть на всё со стороны и искренне удивился своей глупости.
Перед глазами пронеслось его счастливое детство. Как и все пацаны, он периодически шалил, а потом отнекивался перед старшими. Пытался обмануть по мелочам, отрицать какие-то проделки. У кого-то это получалось, но только ни у Жореса. Ни одна пакость ни сходила ему с рук. За все прегрешения следовали наказания. И чем больше он упирался, тем суровее они были… Как-то раз Жорес случайно признался. И был прощён. Впервые. Потом уже ради эксперимента Жорес сам признался сознательно. Его не только не наказали, но и похвалили. С тех пор он стал честным человеком. Может и не по призванию, но по твёрдому убеждению. Ибо практика — критерий истины. А заодно, и пользы.
  • Ничего этого не надо. Будь что будет, — капитан объявил роботу свою пассивно-фаталистическую позицию.
А заодно приказал тому незамедлительно понизить приоритет программного сегмента личной преданности, из-за которого Птурсу грозило выключение и дефрагментация в послеполётном разборе.
А ведь это Жорес настоял на экстраординарном приоритете в этом вопросе, хотя разработчики были решительно против. Да, теперь капитан убедился, что они были правы на все сто. И в других вопросах тоже. Например, когда голосовали против его кандидатуры.
Жорес с досадой перебирал в голове несколько собственных печальных мыслей:
  • Ах, если бы робот не шёл на поводу у меня там, на Земле… Если бы твёрдо следовал программе… Всё ведь могло обернуться совершенно иначе…
На смену сожалению пришла мысль-констатация:
  • Но что уж плакаться сейчас? Процесс на Земле запущен, процесс пошёл, и процесс этот неконтролируем.
Констатацию заменило чувство безнадёги. Судьба Земли была предрешена. Из-за одной породы землян, получивших благодаря его разгильдяйству ничем не контролируемый интеллект, планета была обречена:
  • Господи, куда же этот долбанный процесс заведёт? К чему он приведёт? До чего доведёт? Тьфу, проклятие!
Хотя правильнее было поставить другой вопрос:
  • Когда?
 
Крылья Икара
Наконец, на четвёртый день "Икар" объявился. Он летел в обратном направлении в автоматическом режиме. У посадочной капсулы были вырваны крылья. Под корень, с мясом, повредив фюзеляж.
Икаровский Птурс был каким-то образом перепрограммирован и зациклен на одну-единственную фразу: "Убирайтесь к чёрту, болваны". И ещё несколько смачных нецензурных существительных с пошлыми цветастыми прилагательными.
Когда с Помпеи перестали глушить спутанную связь, картина происшедшего проявилась во всей своей красе. Тем более, что эта же хамская фраза каким-то образом оказалась начертана на главном дисплее. Причём, масляной краской. Не отдерёшь!
В общем, геян грубо выставили. Дали пинок под зад. Послали туда, откуда пришли. Если не ещё дальше.
А капитан корабля так и остался спать беспробудным криогенным сном. Теперь уже до самого дома. Вот уж воистину вырванные годы.
Такого сценария никто не предвидел. И тем более не ожидал. Ни политики, ни ученые, ни фантасты. Жители Геи были в шоке. Не столько даже от незаслуженной и превентивной обиды, сколько от разочарования. Столько усилий, столько средств, столько надежд — и на тебе. Шиш с маслом! Нет, ну нужно же было первым делом напороться именно на эту высокоразвитую, но высокомерную цивилизацию?
  • Чёрт с ними, со снобами, — геяне официально плюнули в ответ.
Правда, только на словах. И ещё на длинных радиоволнах. А на деле, разумеется, проглотили обиду. А что прикажете делать? Проучить помпейцев огнём и мечом? Когда любому дураку ясно, что тягаться с высокоразвитыми наглецами геянам не под силу.
  • Это же надо, обломать крылья космическому кораблю? — возмущались люди. — Пусть даже одной только посадочной капсуле…
Все возмущались всласть. Потрясали кулаками в направлении помпейского созвездия. На самом же деле напряжение на Гее существенно спало. В конечном счёте, никто ведь не пострадал. Даже Птурса с общипанного "Икара" быстро вывели из тупого цикла и привели в чувство. Опыт, хоть и отрицательный, признали положительным результатом. С уточняющей припиской: "в целом".
 
Радио
Теперь все взоры устремились к "Дедалу". Тем более, что на подходе к цели он стал получать прямые шифрованные послания с Пандоры. Правда, сообщения с планеты почему-то шли по радиоканалу. Принимались они благодаря тому, что с корабля не стали демонтировать радары и радиоприёмное устройство, формально ставшее ненужным после перехода на прогрессивную спутанную связь.
Споры среди конструкторов шли, конечно, но оборудование на кораблях уже стояло. Демонтировать его впопыхах, откладывая старты? Под предлогом экономии средств консервативные специалисты отстояли радио. Вот оно и пригодилось.
Принятые радиограммы Птурс накладывал на спутанный сигнал и передавал его на Гею. В ЦУПе даже решили досрочно разморозить лейтенанта Морзе — капитана "Дедала". Примитивные послания удалось быстро расшифровать и перевести. Обошлось даже без мощных криптографических компьютеров, которые после наступления всеобщего мира стояли на консервации.
Геяне ответили. Пандоряне — в свою очередь. И понеслась. Свершилось наконец-то! Вековечная мечта сбылась! Прямой и обратный контакт с разумной инопланетной цивилизацией был установлен!
 
Суперстраны
Физики придумали концепцию суперструн сами себе и для себя. А вот историки до доктрины суперстран самостоятельно не додумались. Им её подбросила практика. Причём, иноземная. Более того, инопланетная. Вот что историки нарыли по Пандоре и внесли в хроники и анналы.
Каждая из суперстран Пандоры представляла собой симбиоз многонациональной страны и континента в одном лице. Вернее, симбиоз страны и государства на территории одного континента. Впрочем, на Пандоре никаких других стран или континентов, кроме этих двух, не было. Если малые страны и существовали, то было это давно. Косвенно о былой раздробленности говорили элементы разных языков и культур, которые затесались, но не растворились среди двух основных. Впрочем, и этой пары суперстран планете с лихвой хватало. Как тому коню Боливару, который должен был вынести на своём горбу двоих. Дело в том, что суперстраны постоянно воевали между собой. Но уже не за землю или океан — в эпоху высоких технологий это пошлое развлечение ушло в прошлое. Воевали за спутники, которых у Пандоры было четыре сотни с гаком. Но то поначалу. А по ходу беспрерывных войн в ближнем космосе спутники то и дело переходили из рук в руки. Частенько на них взрывали термоядерные бомбы и тогда спутники ходили по орбитам ходуном. А некоторые дробились на более мелкие. В результате, теперь их было сотен семь-восемь. Плюс сплошное облако пыли, поднятое взрывами и столбом стоявшее вокруг неспокойной планеты. Да ещё многочисленные обломки рукотворных космических аппаратов, последних ступеней ракетоносителей на химическом топливе, другой устаревшей военно-космической техники.
"Дедалу" при всём желании было бы стрёмно пробираться через весь этот летающий мусор. После консультаций с ЦУПом звездолёт вышел на высокую круговую орбиту, пролегающую далеко от театра боевых действий. От греха подальше.
 
Гулливер на Пандоре
Инопланетный космический корабль пандоряне запеленговали на ближних подступах к своей планете, поначалу приняв его за метеорит. Геяне только что на своей шкуре испытали, что такое незваный гость. И не хотели ставить в неловкое положение своих потенциальных друзей. ЦУП не стал дожидаться, пока на планете разберутся что к чему и поручил Птурсу немедленно осуществить пересылку информации об исключительно мирных целях экспедиции, об отсутствии всяческих притязаний.
Ответ не заставил себя долго ждать. Корабль зазывали к себе сразу две суперстраны Пандоры. Теперь они взялись воевать ещё и за право первыми принять у себя инопланетную экспедицию.
Чем не предмет гордости для геян? Тем более, после хамской Помпеи. Здесь к ним все относились уважительно, с почтением. Хотя, кто его знает? Грань между почтением и заискиванием не всегда можно уловить. Кому-то до сих пор нравится именно второе…
Но гордости у геян не было. Узкокорыстные цели пандорян были видны невооружённым глазом через все разделявшие эти островки разума световые годы. Ни для кого не оказалась неожиданностью, что каждая суперстрана Пандоры стремилась заручиться поддержкой могущественной и более развитой инопланетной цивилизации в борьбе за мировое господство. Пусть даже только в рамках одной отдельно взятой планеты и сонма её естественных спутников. Каждая страна-континент рьяно и с пылом убеждала пришельца в исключительной правоте своего и только своего дела. Тем не менее, вся информация прямиком и без купюр пересылалась на Гею.
 
ПродолжениеСудьба народов
Запись опубликована в рубрике История, Космос, Необъяснимое, Фантастика с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code

*